Я от кого-то слышал и такую теорию, что вспышки тоталитаризма привязаны каким-то образом к скачкам в средствах коммуникации. Мол, ни германский фашизм, ни русский коммунизм невозможно представить без радио, которое позднее эволюционировало в телевидение.
Но и там, и там главная добавленная стоимость была в новой, беспрецедентной для более ранних этапов истории человечества, возможности сформировать массовый сигнал, дать мощнейший психологический импульс, с помощью которого концентрированные дозы специально подобранной информации одномоментно доставляются десяткам миллионов людей, которые, в свою очередь, оказываются не в состоянии критически осмыслить и переварить эту информацию.
Со временем общества не без потерь и тяжких испытаний адаптировались к новой ситуации и научились как-то "фильтровать базар", то есть контролировать то, что раньше было "прессой и журналистикой", а стало всего лишь "средствами массовой информации".
Прорыв человечества в социальные сети вернул общество в "дикое информационное поле".
Колоссальный потенциал новых методов коммуникации и организованной передачи информации пока никак не уравновешен адекватной способностью и готовностью общества осмыслять и переваривать эту информацию.
Причем механизмы фактчекинга не спасают, так как психологическая манипуляция производится зачастую не путем распространения недостоверной фактической информации (хотя и это бывает у особо одаренных, чаще аффилированных с государством ресурсов), а за счет нарушения чистоты логических цепочек, когда конечные выводы внутри ложного нарратива оказываются не соответствующими исходным посылкам. Этот сбой обеспечивается не столько благодаря распространению ложных сведений о фактах, сколько благодаря продвижению неполной, или односторонне интерпретированной информации.
Вообще спин, интерпретация, коннотация, акцент, психологическое ударение в новых условиях "квантового информационного поля" оказываются намного важнее простого утверждения о фактах. Этот технологический информационный разрыв, который пока неизвестно чем закрывать, создает условия для возникновения и развития новых неожиданных форм тоталитаризма.
Особенностью этого этапа борьбы свободы и несвободы является то, что государство с его безлимитным ресурсным тарифом не является больше монопольным игроком на рынке нарративов. Группы с ограниченной ресурсной базой могут составлять ему (государству) серьезную конкуренцию.
Нечто подобное происходило в России в начале XX века, когда оппозиция самодержавию освоила печатный станок и смогла разогнать тиражи оппозиционной печати до миллионов экземпляров. Невозможно представить себе будущую победу большевиков без успеха "Правды" - тогдашней большевистской машины добра. Интересно, что, зная о секрете своего успеха, большевики после прихода к власти в качестве одной из приоритетных политических целей поставили и реализовали в полном объеме тотальное уничтожение всякой свободы печати.
В целом можно предположить, что политическая борьба за наследие Путина завершится не начавшись битвой нарративов, которая разворачивается здесь и сейчас.
К тому моменту, когда вопрос о власти станет политически актуальным, выяснится, что есть один-единственный альтернативный путинскому нарратив, который овладел массами, и та политическая сила, которая управляет этим нарративом, автоматически получит в свое неограниченное управление всю Россию.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
