Подходя к теме.
Нельзя не признать, что программы "Эха" и его слушатели — очень важная, особая часть современной российской культуры, да и всей нынешней, весьма драматичной ситуации. Для меня "Эхо" — это во многом иноагент, причем иноагент не другого государства, а той будущей России, которая непременно наступит. Поэтому я считаю уместным предложить критический разбор некоторых резонансных передач этой станции.
Когда проводят критический анализ каких-то публикаций, это называется "по страницам журнала, сборника... и т.п.". А когда комментируют передачи радиостанции? Такой устойчивой идиомы, пожалуй, нет. Может быть — "на волнах эфира"? Но это не совсем аналог "по страницам".
Впрочем, надо с сожалением признать, что интеллектуальный процесс последних лет у нас не нарастает, а сжимается и истончается. Литературная критика, разбор социально-гуманитарных публикаций в России почти исчезли. Добавлю немного личного — на мои книги, переведенные и вышедшие в ФРГ (две из них — сборники моих блогов на "Эхе"), в Германии опубликован ряд рецензий. А вот дома, в России, мои работы остались почти незамеченными. Сужение дискуссии происходит в то время, когда экзистенциальные российские вопросы обостряются и остаются нерешенными, а официальная пропаганда демонстрирует абсолютную несостоятельность. Власть, утратив какие-либо доводы и аргументы, перешла от убеждений к чисто силовому давлению и "пробиванию кулаками" своих бессмысленных и все более опасных замыслов.
(Кто-то не замечает примеры? Обойдемся без помощи зала. Подскажу. МИД РФ всерьез требует вернуть мир к "дорасширеннонатовскому 1997 году". Я бы пошел дальше. Я бы потребовал вернуть Россию к добольшевицкому, дооктябрьскому 1917 году, а еще лучше — к триумфальному 1913 году! Вот только как это сделать?)
Теперь — к заявленной теме — про радиоэфир.
Сузим "пространство поиска". Обратимся к радио, точнее — прямо к сегодняшним программам "Эха".
Утром я слушал глубоко продуманную передачу о музее жертв Большого террора в Коммунарке. А в середине дня тот же ведущий, к которому я отношусь с уважением, в программу о районах Москвы включил запись песни "Тачанка", не скрывая свое любование этим опусом.
Согласен полностью — мелодия песни чудесная, оптимистичная, радостная и духоподъемная. Она легко запоминается, ее хочется повторить. А как с текстом?
— Ты лети с дороги, птица, зверь, с дороги уходи. Видишь, облако клубится, кони скачут впереди. (Автор проявляет заботу обо всем живом, даже о зверье!)
Цитирую дальше.
— И с налета, с поворота, по цепи врагов густой, застрочит из пулемета пулеметчик молодой. Иначе говоря, автор текста восторгается тем, кто убивает его соотечественников, таких же молодых русских парней. Он учит это делать лихо и с восторгом! Вот про что песня. "Не убий" у большевиков превратилось в "Убий", мир нормальный они перевернули в мир совершенно ненормальный! В 30-е годы в эмиграции это называли "красным фашизмом"!
Для сравнения напомню несколько строчек из другой известной песни, но не красных, а белых.
— Как на буйный Терек, на высокий берег вывели казаки 40 тысяч лошадей. И покрылся берег, и покрылся Терек сотнями порубанных, поколотых людей.
Глубочайший трагизм, ужас и противоречивость Гражданской войны передает и мелодия, и припев — "Любо, братцы, любо, любо, братцы, жить. С нашим атаманом любо голову сложить".
Сегодня внуки парня с тачанки призывают — "можем повторить" и мечтают развязать полномасштабную войну с Украиной. А где голоса внуков терских казаков? Их не пропускает цензура?
Теперь коротко о другом цикле "Эха-М".
"Умом Россию понимать" призывает ведущая, полемизируя с Федором Тютчевым. Но разобралась ли она с тем, о чем писал поэт?
Говорите, я должен предложить свой ответ? Пожалуйста.
Познание всегда предполагает вписывание неизвестного в известные и уже существующие координаты и ориентиры. Поясню. Начнем определять: что такое человек? Человек — это живое существо (широкое понятие, а далее идет сужение — не всякое живое, а такое), которое является млекопитающим и т.д.
Что такое Москва? Москва — это город, который является столицей и т.д.
Спрашивается: а как определить наиболее общее, точнее — самые общие понятия, сверхпонятия, которые не во что вписать? Аксиомы, исходные начала геометрии Эвклида не доказываются, они, как известно, принимаются на веру. Лобачевский поспорил и создал другую геометрию. А как определить Бога? Ведь Бога не во что вписать, Бог — это всё. Поэтому в Бога либо верят, либо не верят.
Россия для Тютчева — это Бог.
Поэт и его последователи боготворят свою Родину. "...Можно только верить" — это высшая степень признания в любви!
P. S. Немного жаль, что некоторым исследователям-россиеведам вход на программу "Умом Россию понимать", как и на другие передачи, заказан!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
