Пробивают по Яндексу

"Звонок в дверь. Спрашиваю, кто. Ответ: "Полиция". Дальше разговариваем через дверь-решетку, — пишет Ян Черняк. — Чел с удостоверением рассказывает, что на Навального заведено новое уголовное дело в связи с злоупотреблениями во время мэрской предвыборной кампании. Ведет, естественно, СКР. Спрашивает: "Вы ему деньги с Яндекса посылали?". "А что?". "А они там часть потратили на кампанию, а часть просто распилили. Вот, у нас от Яндекса информация, что Вы (паспортные данные, адрес) посылали ему деньги".

Я начинаю в голове считать: во-первых, я не помню, чтобы я посылал. Во-вторых, если скажу, что не посылал, ему впаяют, что вся его поддержка — липа. В-третьих, если посылал, то меня начнут требовать, чтобы я потребовал отчета о расходах или еще чего. Отвечаю честно: "Не помню, посылал или нет. Вспоминать не собираюсь и с вами разговаривать тоже". "А что Вы так неуважительно к нам относитесь?" "А не за что уважать". Бах! — ухожу и дверь захлопываю. Кстати, полицай сказал, что уже со многими поговорил. В общем, be advised... ну и reshare, люди должны быть готовы".
 

"Это по поводу дела о сборе денег на избирательную кампанию Навального. К нашему фотографу Дмитрий Смирнов уже приходили, — пишет Антон Красовский.

"Вызывают в Следственный Комитет в качестве свидетеля по делу Навального о сборе им пожертвований Яндекс-деньгами. Звонил следователь по телефону. Как реагировать? Сходить или бычить и требовать официальной повестки по почте с уведомлением? К чему быть готовом на допросе?" — спрашивает Филипп Казаков.

"БЕЗДЕЛЬНИКАМ ИЗ СЛЕДСТВЕННОГО КОМИТЕТА, ВЕДУЩИМ "ДЕЛО НАВАЛЬНОГО, — пишет Борис Акунин. — Говорят, вы вызываете подряд тысячи людей, которые в прошлом году сдавали деньги на предвыборную кампанию Алексея Навального.

Отвечаю публично, чтобы мое время на эти глупости вы не тратили. Да, сдавал.
Почему — не ваше дело. Навальному — свободу.

А вы, чем тратить средства налогоплательщиков на ерунду, занялись бы делом".

"Уважаемый Григорий Шалвович, они считают, что это и есть их дело", — возражает Илья Куприков.

"Видимо, готовятся к выборам в сентябре. Не будет денег от частных жертвователей на агиткампанию не будет и результата на выборах", — пишет Андрей Молодцов.

"Иду завтра в отдел по экономическим преступлениям. Будут выяснять переводил ли я деньги на избирательную компанию @Навальный, и если да, то зачем". — пишет Демьян Кудрявцев.

"По делу о финансировании предвыборной кампании Навального начали вызывать людей, которые переводили деньги. Вот вопросы, которые задают на допросе", — пишет Рустем Адагамов.

"В связи с начавшимся со стороны сотрудников полиции и СК массовым опросом людей, делавших год назад пожертвования на наши Я-кошельки, хотел бы дать маленький комментарий, в дополнение к тому, что уже озвучил мой адвокат Сергей Панченко, — пишет Константин Янкаускас. — Действительно, сейчас мы наблюдаем попытку следствия создать уголовное дело на ровном месте. Если бы при финансировании избирательной кампании Навального были бы нарушения и потерпевшие, то сразу были бы и заявления этих потерпевших. Следователям не пришлось прозванивать и лично опрашивать по сто-двести человек, уговаривая их (вот так, например, написать заявления о признании себя потерпевшим.

Более того, вся процедура финансирования кампании Алексея проверялась дважды еще в 2013 году — Мосгоризбиркомом, как того требует избирательное законодательством, и УБЭПом после заявления Жириновского. Никаких нарушений, мошеннических схем и потерпевших выявлено не было и быть не могло.

Мне очень неудобно перед всеми людьми, которые теперь невольно оказались втянуты в эту малоприятную историю общения со следователями и полицией. Верю в то, что рано или поздно мы обязательно будем жить в стране, в которой свободное выражение своих взглядов, поддержка того или иного независимого политика или партии на выборах будут считаться чем-то само самим разумеющимся, а не причиной для звонка из Следственного комитета".

"А чего неудобно-то перед людьми? Разве кто-то из перечислявших деньги Навальному или в ФБК не знал в какой стране живет? Знали, и перечисляли как раз потому что хотели это изменить", — пишет Алексей Мыцыков.

"Понимаю, что должен начать с комментария относительно новой серии мыльной оперы "Приключения Следственного Комитета", — сообщает блог Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального. — 23 мая 2014 в офисе Яндекс.Денег прошел обыск силами сотрудников СКР.  — За последние пару дней мы тоже получили пару писем о том, что жертвователей избирательной кампании беспокоят вот этой ерундой.

Вот, что мы знаем на сегодняшний день: есть уголовное дело, возбужденное по заявлению Владимира Жириновского (!!!), который, очевидно, сильно переживает из-за того, что мы нашли его семейную недвижимость в Дубае. Подозреваемые по этому делу — Владимир Ашурков и Николай Ляскин (возможно и Константин Янкаускас), помогавшие собирать деньги для избирательной кампании. Обвиняют их в том, что они, якобы, призывали всех жертвовать на избирательную кампанию Навального, а собранные средства похитили.

У кого они их похитили? Получается, что у меня. Но так как СК отлично знает, что никто ничего не похищал, и в ответ на их вопросы я покручу пальцем у виска, они пытаются найти свидетельство того, что люди, имена которых указаны в отчете, на самом деле ничего не жертвовали, либо найти кого-то, кто согласиться помочь им сфабриковать это дело и написать заявление как потерпевший. Вроде чуть ли не 600 человек собираются опросить.

В общем, мы видим повторение ситуации мая 2011 года, когда после первой успешной кампании РосПила по сбору пожертвований через интернет, кремлешушера пыталась убедить себя и всех вокруг, что такого быть не может, и эти деньги дает какой-то олигарх (Госдеп), а тысячи жертвователей — это лишь прикрытие. Тогда ФСБ привлекла в помощь движение "Наши" и они, получив у Яндекса координаты жертвователей, всех обзванивали.

Сейчас примерно то же самое, но с поправкой на более суровые нравы. Не тайно, а открыто; не в рамках проверки, а в рамках уголовного дела; фабриковать дело вообще на пустом месте в мае 2011 стеснялись, а сейчас уже нет.

Что хочу сказать в связи с этим:
1. Еще раз благодарю тех, кто финансировал мою избирательную кампанию и приношу извинения за эти неудобства. Тут даже и не скажешь "неудобства, возникшие не по моей вине" — по моей, конечно, я не собираюсь ни своей позиции смягчать, ни деятельности сворачивать, ни "вести себя потише", ни "перестать переходить на личности".
2. Лучи поддержки Владимиру Ашуркову, Николаю Ляскину и Константину Янкаускасу, чья честная и самоотверженная политическая работа привела к тому, к чему приводит честная и самоотверженная политическая работа в России — уголовному делу.
3. Всем, к кому пристают с вопросами предлагаю две модели поведения. Они зависят от того, сколько у вас свободного времени:
— если свободного времени много, то можно честно ответить на смешные вопросы СК (их можно посмотреть здесь). Это было абсолютно законное и прозрачное финансирование. Вы ничего не нарушали и бояться нечего.
— если неохота время терять, то сразу говорите "я беру 51-ю на все вопросы". Следователь запишет с ваших слов что-то вроде "на основании ст. 51 Конституции показания давать отказываюсь". Он конечно может рассказывать вам сказки, что вы, как свидетель, так сделать не можете, но стойте на своем: это дело политическое, я беру 51-ю.

Подавляющее большинство адвокатов посоветуют вам придерживаться стратегии 2, дав такие объяснения "Считаю это дело политически мотивированным. Закона я не нарушал. Все мои действия соответствуют действующему законодательству. От дальнейшей дачи показаний отказываюсь на основании ст. 51 Конституции".

Мы знаем, что мы правы, и знаем, что наша работа нужна, как минимум, тем 72% граждан, считающих, что в России слишком много коррупции. Тем более, что, как когда-то заметил Антон Носик, есть четкая закономерность: каждая новая атака на нас приводит к увеличению количества пожертвований. Вашему вниманию представляется отчет Фонда борьбы с коррупцией за 2013 год. Благодаря вам за 2013 год ФБК получил 23 миллиона рублей от 16 тысяч человек. Как и раньше, мы выплачиваем налоги на 100%. Это тоже серьезная нагрузка на наш бюджет. Если "роспиловцы" на руки в виде з/п получили 4,9 млн рублей за год, то налогов на их зарплату мы выплатили 2,03 миллиона.

В России не существует политической партии, общественной организации или другой структуры, обладающей большим количеством доноров. Мы гордимся вашим доверием и дорожим им... Никакой Путин и никакая "Единая Россия" со следственными комитетами не могут уничтожить нас, потому что зависим мы только от вас. Вы финансируете фонд. Вы его контролируете. Он работает на вас и будет работать до тех пор, пока вы этого хотите".

Дмитрий Разин